Невыдуманные истории Одессы: исповедь бывшего банковского работника

0

Институт я закончила на отлично, вышла удачно замуж и даже устроилась почти по специальности на работу. Через несколько лет у нас родился сын – милый кудрявый мальчуган, и все мои помыслы с тех пор были направлены на его счастливое детство.

Время шло, все в нашей семье было нормально. Муж устроился через известную крюинговую фирму работать на судах под немецким флагом и начал прилично зарабатывать. Я научилась жить замкнуто – долгие рейсы Толи и постоянная занятость на работе, после которой я спешила к сыну, не оставляли мне возможности ходить в театр, кино или в гости. Да я и не хотела этого. Жили мы в трехкомнатной квартире вместе с моими родителями, что устраивало меня – Дениска был под присмотром моей мамы, а ей самой доставляло удовольствие общение с ним.

Моя терпеливость, настойчивость и принципиальность скоро обратили внимание руководства банка и после непродолжительного собеседования меня назначили начальником отделения в престижном районе города.

Муж только вернулся из рейса, и мы всей семьей отпраздновали это событие в ресторане. Я с удовольствием рассказывала о перспективах новой должности, особенно о том, что всего этого я достигла сама. Мои мужчины хвалили меня, только Дениска посетовал на то, что теперь еще меньше будет меня видеть.

Приступив к новым обязанностям, я с удвоенной энергией принялась за дело. В подчинении у меня было пятнадцать сотрудников, в основном молодые женщины. Особое внимание я уделяла дисциплине и установленному руководством банка внешнему виду, так называемому дресс-коду. С клиентами у меня сложились вежливо-деловые отношения, исключавшие какую-либо фамильярность.

После очередного прихода мужа из рейса мы решили, что уже пора подумать о собственной квартире – заработки наши были, как нам казалось тогда, стабильны и от жизни мы ждали только хорошее. Тем более, что для нас, сотрудников банка, существовала льготная система получения кредитов. В нашем отделении было много клиентов, желающих приобрести квартиру, дом или участок, и я имела возможность, расспрашивая их, сделать для себя оптимальный выбор.

Иногда, правда, меня смущали некоторые нарушения в составлении договоров и сама процедура выдачи кредитов, но хорошие бонусы за все возраставшее количество клиентов и благожелательное отношение руководства успокаивали меня. И тогда я ощущала себя частью мощной, динамически развивающейся финансовой структуры.

Переговорив с представителем одной из строительных компаний, покупку недвижимости у которой наш банк активно кредитовал, и, узнав в нашей юридической службе о ее деятельности, я решила купить квартиру именно у них – дом должен был строиться в престижном, экологически чистом районе города. О своем решении я рассказала мужу по скайпу в интернете. Толик, зная мою скрупулезность в серьезных вопросах и полностью доверяя в том, что касалось нашей семьи, одобрил мой выбор.

Оформив кредит и переведя деньги на счета строительной организации, я спокойно вздохнула, окрыленная надеждой на жизнь в собственном семейном гнездышке. Вечерами мы с Дениской раскладывали на столе план будущей квартиры и расставляли на нем вырезанные из картона диваны, кровати, столы, телевизоры, стулья. Эта игра так увлекала нас, что мы почти ощущали себя уже в новом доме с прекрасным видом из окна.

Обрушившийся, словно снег на голову, финансовый кризис превратил мою работу в ежедневный стресс – клиенты десятками приходили и звонили, прося об отсрочках по кредитам, пересмотрах договоров. Руководство банка собирало нас еженедельно, давая жесткие рекомендации по работе с заемщиками, а количество внутренних инструкций выросло в разы.

Сокращения персонала следовали за сокращениями и в конце концов в отделении осталось всего шесть человек. Я приходила домой разбитая и уставшая, с одним лишь желанием – лечь и забыться. Чтобы снять стресс, стала иногда выпивать. Но на следующий день продолжала выслушивать многочисленных клиентов, попавших по-настоящему в тяжелое финансовое положение, и отвечала согласно инструкции: «Вы подписывали договора и должны теперь выполнять их». Послабления наш банк не давал почти никому – умело составленные договора кредитования позволяли это делать. А когда вышел мораторий на выдачу депозитов, то стало совсем плохо – в мой адрес посыпались и проклятия и угрозы.

Подсознательно я понимала, что большинство клиентов правы, и банк, несмотря на публичные выступления руководства о чуть ли не банкротстве, получает хорошую прибыль, даже большую, чем до кризиса, но ничего поделать не могла – я была предана моим работодателям.

Позже я научилась с каменным лицом отстаивать по нескольку раз в неделю интересы банка в суде вместе с юристом против заемщиков, которые по той или иной причине не могли уже выплачивать взятые ранее кредиты, особенно в валюте. Крики и слезы, обмороки и сердечные приступы этих людей были мне как нож в сердце, но я продолжала свое дело.

Строительная компания, с которой я заключила договор инвестирования, сославшись на кризис, полностью прекратила свою деятельность.

Сегодня я пришла домой необычно рано – в три часа дня. Этим очень удивила сына Дениску и свою маму, привыкших видеть меня только после восьми вечера. Заместитель Управляющего банка по кадрам позвонил мне утром и сказал, что в связи со снижениями показателей руководимого мною отделения и возросшим количеством проблемных клиентов, меня как не справляющуюся с работой, уволили. Через минуту на факс в кабинете пришел подписанный Управляющим приказ.

Безучастно сидя за столом в комнате я машинально включила компьютер и по привычке проверила электронную почту. Постепенно прочитанное стало доходить до моего сознания «Ваш муж, Анатолий Марелов, во время разгрузочных работ сорвался в трюм и с переломом позвоночника доставлен в местную больницу в тяжелом состоянии. Выражаю сочувствие. Капитан судна»…

Люди!  ЛЮ-Д-И-И-И-И!!!    

Владимир Дроздовский, член общественной организации «Правое дело»