Невыдуманые истории Одессы: обеспеченная старость

Невыдуманые истории Одессы: обеспеченная старость

Николай Данилович неспешно, останавливаясь для отдыха после каждого лестничного пролета, поднимался к себе в квартиру на пятый этаж. Лифт не работал, что было частым явлением в последнее время, хотя большинство жильцов исправно оплачивали коммунальные услуги. А выходить надо было каждый день и, порою, по несколько раз – его жена, Татьяна Михайловна, с которой он прожил больше пятидесяти лет, в последнее время сильно болела, и нужно было ходить в аптеку за лекарствами, в магазин за продуктами, платить за квартиру. Пенсии на все не хватало – приходилось брать из сбережений на так называемый «черный день».

Открыв дверь, Николай Данилович переодел тапочки и вошел в комнату, где на кровати лежала его жена.

— Ну что, мать, как ты себя чувствуешь?

— Спасибо, Коленька. Сегодня немного лучше. А как ты? Купил лекарства?

— Конечно. Только цены на них в последнее время растут. Не знаю, что и делать. Я тут вот что подумал: недалеко от нас открылся какой-то кредитный союз. В объявлении написано, что принимают вклады от населения и предлагают хорошие проценты, а пенсионерам – дополнительные бонусы. Может быть пойти и все узнать?

— Пойди, родной, пойди. Только все хорошенько разузнай.

На следующий день, взяв очки, Николай Данилович отправился как всегда в аптеку, по пути решив зайти в офис кредитного союза. Попав внутрь помещения, он удивился, увидев большое количество людей, в основной массе пенсионеров. Это в какой-то степени успокоило его. «Не могут же все ошибаться. Значит, здесь все будет в порядке», — решил Николай Данилович и направился к сотруднику за столом, от которого только что поднялся седой мужчина  примерно такого же возраста как и он сам.

— Скажите, пожалуйста, а сколько процентов в месяц вы предлагаете?

— Как Вас зовут? Николай Данилович? – менеджер записал данные в блокнот и продолжил вежливым голосом – так вот, Николай Данилович. Наш кредитный союз существует уже два года. За это время нашими клиентами стали более пяти тысяч человек. Проценты по депозитам составляют двадцать пять годовых. Сейчас у нас акция: пенсионерам дополнительно плюс три процента. У нашего союза хорошая репутация. Можете сами видеть: люди получают в кассе деньги. Сотрудник показал в сторону группы людей, стоявших в очереди у окошка с надписью «Касса 1. Выдача процентов по вкладам».

— А позвольте узнать, какие гарантии у меня, что деньги не пропадут, и я смогу их получить обратно?

— Ну что Вы, что Вы! Вот посмотрите: это лицензия, выданная Госкомфинуслуг, государственной организацией, контролирующей деятельность всех кредитных союзов на Украине. Сама же эта организация подчинена напрямую Кабинету Министров. К тому же, мы оформляем страховку на все полученные средства в проверенной страховой компании, а наши профессиональные финансовые эксперты знают, куда необходимо инвестировать деньги для наибольшей прибыли и с минимальными рисками. Так что, Николай Данилович, ничего не бойтесь и приносите Ваши сбережения. Деньги должны работать!

— Спасибо, я подумаю.

— Решайтесь поскорей, пока у нас проходит акция для пенсионеров! Всего Вам доброго! Ждем Вас!

Возвращаясь домой, окрыленный перспективой выхода из финансового тупика, Николай Данилович мысленно подсчитывал возможный дополнительный доход: «Надо все будет рассказать Танечке — вместе подумаем, сколько можно денег положить на депозит».

Натруженные старческие руки медленно пересчитывали «гробовые» деньги, перекладывая их из шкатулки на стол.

— И сколько всего получается, Коля?

— Двадцать три тысячи гривень. Что будем делать?

— Давай положим двадцать тысяч, а три оставим – мало ли что. Вдруг срочно понадобятся.

— Хорошо, Танечка. Тогда я пойду – чего откладывать. Надо не забыть паспорт и пенсионную книжку.

— Будь осторожен, Коленька, — смотри, не потеряй.

— Хорошо, не волнуйся. Ну, я пошел.

Через два часа, сдав свои кровно заработанные в кассу кредитного союза и получив взамен договор на фирменном бланке, скрепленный печатью, а также страховой полис, Николай Данилович сидел за столом в своей квартире и рассказывал жене, на что можно будет потратить полученные через месяц проценты по вкладу.

— Ну, слава Богу, Коленька, нам станет немного легче и не придется тратить отложенные деньги, – Татьяна Михайловна остро переживала свое беспомощное состояние, понимая, что еще немного – и все сбережения уйдут на ее лекарства.

Месяц пролетел незаметно и Николай Данилович с некоторым волнением отправился в кредитный союз. К его радости обещанные проценты он получил быстро и довольный зашел по пути домой в магазин: «Надо побаловать Танечку чем-то вкусненьким.  Куплю ей конфет и фруктов». Выйдя с покупками на улицу, он зашел в цветочный киоск и купил букет роз.

Увидев принесенные мужем лакомства и цветы, Татьяна Михайловна растрогалась до слез и проговорила: «Спасибо тебе, любимый! Ты у меня такой хороший!».

Через два месяца Николай Данилович обычным маршрутом направился в кредитный союз. Несколько дней назад он заказал современное дорогое лекарство, которое должно было очень помочь его супруге. На подходе к зданию, где находился офис, он увидел перед входом группу людей. Они что-то оживленно обсуждали. Подойдя к ним ближе, он прислушался.

— Они сказали, что временно не выдают проценты: что-то там с документацией не в порядке.

— А кто-то есть в офисе?

— Да одна девочка-секретарь и охранник.

— Так что же будем делать?

У Николая Даниловича екнуло сердце и голова стала словно в тумане. Он почувствовал, что теряет почву под ногами и присел прямо на ступеньки, чтобы перевести дух.

Кто-то из людей стал настойчиво стучать в двери, и к ним вышла перепуганная молодая девушка в сопровождении охранника.

Заикаясь от волнения и путаясь в словах, она сказала сквозь шум голосов, что из руководства никого нет, и где они – она не знает.

— Приходите завтра. Я надеюсь, что все выяснится.

Взволнованные люди еще немного постояли возле дверей и начали понемногу расходиться, договариваясь о завтрашней встрече  здесь же.  Николай Данилович на ватных ногах еле дошел домой. Он решил ничего не говорить жене, чтобы не расстраивать ее.

На следующий день, после бессонной ночи, он поспешил к девяти часам утра в кредитный союз, утешая самого себя тем, что вчера это было простое недоразумение, а сегодня он получит так необходимые ему деньги на лекарства. Но когда он увидел на улице пришедших раньше него людей, предчувствие беды легло на его старческие плечи. Окна и входная дверь некогда приветливого офиса были наглухо закрыты уличными ролетами.

Что было потом в последующие две недели, Николай Данилович не помнил – от такого удара он заболел и слег. Ухаживать за ним взялась сердобольная соседка, и через некоторое время он уже мог выходить на улицу за необходимыми покупками. Жена его, Татьяна Михайловна, старалась не говорить на эту тему: она понимала, что спасти их теперь может только чудо, а бередить ужасную душевную рану своего любимого Коленьки она не хотела.

Потом были многочисленные собрания и митинги обманутых людей, жалобы и письма в различные инстанции и отписки на них со словами: «Никто вас не заставлял нести свои деньги этим обманщикам» или «Следствие по Вашему делу ведется. О результатах сообщим дополнительно».

Через год около пятидесяти вкладчикам сообщать о результатах следствия уже не надо было – они предстали на Суд иной. Самому Николаю Даниловичу через полгода после закрытия кредитного союза и побега его руководителя пришло письмо от исполнительной судебной службы, в котором ему в вежливой форме предлагалось в счет компенсации его пропавших денег, прийти и получить арестованные материальные ценности мошенников, а именно: два металлических сейфа и барную стойку…

Понемногу боль от произошедшего отступила, и Николай Данилович, еще больше поседевший, уже мог спокойно говорить на эту тему. Однажды вечером он возвращался домой и как обычно посмотрел в почтовый ящик – нет ли там долгожданного письма, в котором бы сообщалось, что деньги его нашлись, и он может их забрать. Кроме бесплатной газеты там ничего не было, и Николай Данилович поднялся домой. Налив себе и жене чаю он сел за стол в комнате. В углу тихо работал телевизор – показывали старый фильм «Летят журавли». Он достал из серванта пачку документов, перевязанную тесемкой посередине, и стал медленно пересматривать их, останавливая на каждой странице взгляд, словно перечитывая книгу своей жизни: «Свидетельство о заключении брака.1957 год», «Свидетельство о рождении сына Егора.1957 год», «Свидетельство о смерти сына.1979 год», Правительственное письмо, в котором говорилось, что их «сын, Егор, погиб смертью храбрых при выполнении интернационального долга в Афганистане», «Трудовая книжка с двумя записями: «Принят на работу буровым мастером нефтяной вышки. г.Сургут, 1955 год» и «Уволен в связи с выходом на пенсию. г.Сургут, 1990 год», «Сберегательная книжка Сбербанка СССР с записью «Остаток по счету – тридцать пять тысяч рублей».

Николай Данилович вздохнул и медленно перевел взгляд на лежащую рядом на столе бесплатную газету. На первой странице он прочел: «Правительство компенсирует вклады Сберегательного Банка Советского Союза в сумме одной тысячи гривень. Обращаться по адресу: ….».

Скатившаяся по морщинистой щеке слеза упала горькой каплей на строчку с указанием адреса, размыв ее, как и надежду на обеспеченную старость.

 

Владимир Дроздовский, член общественной организации “Правое дело”

 


Столярная
<Отдых

Sorry, comments are closed for this post.