Интересная Одесса: местные проблемы «черных кабинетов»

Интересная Одесса: местные проблемы «черных кабинетов»

10 марта 1840 года князь Голицын доложил российскому государю Николаю I о готовности начать перлюстрацию в Одессе и Рени – эта дата ознаменовалась появлением в Одессе первых «черных кабинетов».

Перлюстрация (от латинского «perlustro») – это вскрытие писем без ведома пишущих. В специальной тайной комнате, находившейся, как правило, при почтовой конторе, специально подготовленный чиновник читал вскрытые письма, решая их дальнейшую судьбу.

Князь Голицын

Князь Голицын

Тайная служба «черных кабинетов» появилась во Франции в начале семнадцатого века, а ее родоначальником считают кардинала Ришелье, который в 1628 году запретил пересылку писем не иначе как по почте и приказал устроить в помещении парижского почтамта специальную комнату Cabinet Noir (черный кабинет) для тайного просмотра писем. Перлюстрация проводилась, прежде всего, для регулирования политической ситуации в стране, обличения разного рода заговоров и интриг. На практике «черные кабинеты» оказались весьма эффективным способом получения и манипуляции информацией, поэтому быстро вошли в моду в Европе, а затем и в Российской империи.

В Российской империи перлюстрация появилась в восемнадцатом веке при Елизавете Петровне, именно тогда директор почт Бестужев-Рюмин наладил систематическую перлюстрацию дипломатической корреспонденции в Петербурге. Он обязал чиновников вскрывать и копировать всю заграничную переписку зарубежных послов. Частные письма из-за границы тоже вскрывались, но копировались только особо вызывающие интерес.

Однако же формальной датой организации российского «черного кабинета» считается 18 апреля 1794 года. В этот день Екатерина II секретным указом определила организацию службы перлюстрации во всероссийском масштабе.

С этого времени порядок перлюстрации регулировался тайными инструкциями, а основные составляющие процесса перлюстрации были следующими: вскрытие писем, снятие копий или краткое изложение содержания, порядок направления выписок заинтересованным лицам.

Pisma_Odessa

Конечно, в такой работе часто возникали сугубо технические трудности. К примеру, петербургский почт-директор «черного кабинета» писал в своем рапорте следующее:

«… оный клей от пара кипятка, над чем письма я несколько часов держал, никак распуститься и отстать не мог. Да и тот клей, который под печатями находился (коли хотя я искусно снял), однако ж не распустился. Следовательно же, я к превеликому моему соболезнованию никакой возможности не нашел оных писем распечатать без совершенного разодрания кувертов».

Учреждение вышеупомянутых «черных кабинетов» в Одессе и Рени, определялось, прежде всего, внешнеполитическими интересами, а в частности, событиями, происходящими в Дунайских княжествах Молдавии и Валахии. Формально оба княжества находились в зависимости от Османской империи, но в ходе русско-турецких войн здесь заметно возросло влияние Российской империи. С 1826 года в Дунайский княжествах, с утверждения России, избирались господари, но параллельно ими командовал российский генерал Кисилев. Такая ситуация вызывала неудовольствие и стремление к объединению Молдавии и Валахии в единое самостоятельное государство.

Во избежание всяческих неожиданностей политического характера, Николай I повелевает князю Александру Голицыну «учредить бдительнейший надзор за заграничной перепиской, проходящей через г.Одессу и Бессарабской области местечко Рени». Для проведения перлюстрации решено было открыть черные комнаты при почтовых конторах в Одессе и Рени, но тут власти столкнулись с практически неразрешимой проблемой – для такой работы требовался человек со знанием греческого, молдавского и валахского языков. Подходящую кандидатуру так и не удалось найти, и для секретного дела в каждую из контор назначили по два чиновника. И только через месяц Голыцын получил «Высочайшее разрешение обратиться к генерал-губернатору Новороссии и Бессарабии Михаилу Воронцову с просьбой о приискании надежных чиновников, владеющих греческим и молдаво-валахским языками». 10 марта 1840 года князь Голицын доложил государю о готовности начать перлюстрацию в Одессе и Рени.

И тут возникла новая проблема, на этот раз вопрос был в карантине. Как известно, в девятнадцатом веке в Одессе бушевала холера. Эпидемии сыпались она за другой, и каждая затягивалась на несколько лет кряду. Для борьбы с холерой в городе и регионе ввели карантин, и все ввозимое из вне, будь то живое, или неживое, окуривалось в профилактических целях серой. Важные дипломатические бумаги подлежали той же процедуре. А поскольку карантинная служба была организацией от почты независимой, то проходя карантин, бумаги, надлежащие перлюстрации, оставались бы вне секретного надзора. Выход из сложившейся ситуации Голицыну подсказал чиновник секретной экспедиции барон Стюарт, который с устройством карантинов был очень хорошо знаком. Он объяснил, что перлюстрацию можно производить в специальной практической комнате, в которую без особого разрешения директора карантинного дома никто не допускается. А ценные бумаги, окуривание которых занимает всего-то, полчаса, по завершении процедуры можно сразу же забрать из карантинной комнаты, (где прежде они оставались на целые сутки) в комнату практическую, и там спокойно снимать с них копии.

По материалам Владлена Измозика

Татьяна Руднева

Utesov
Столярная
Хостинг в Украине

Sorry, comments are closed for this post.